Неточные совпадения
Отрицание всякого
определения и
содержания, составляющее основу отрицательного понятия, — отрицательность, как таковая, может иметь различную энергию и разное происхождение и смысл.
Поскольку
содержанию веры свойственно качество объективности, постольку оно получает и атрибут универсальности и всечеловечности — кафоличности [«Кафолический, — по
определению П. А. Флоренского, — есть всеединый» (Флоренский П. А. Понятие церкви в Священном Писании
Богословские труды.
Единое, вселикое, безусловное НЕ, — абсолютное НЕ, — таково
содержание отрицательного (апофатического) богословия Дионисия Ареопагита. И несмотря на явную близость с неоплатонизмом, он идет дальше и судит радикальней Плотина. Ибо, как мы уже знаем, Плотин, идя апофатическим путем, все еще оставляет понятие единого как
определение абсолютного, между тем у Дионисия, в апофатическом аспекте, оно не есть ни единое, ни единство, но есть полное и окончательное НЕ-кто и НЕ-что.
Т. 1. С. 225.]. «Философия рассматривает, следовательно, абсолютное, во-первых, как логическую идею, идею, как она существует в мысли, как ее
содержанием являются сами
определения мысли.
Общею особенностью отрицательного богословия в сфере мышления является его безусловно отрицательный характер, все его
содержание исчерпывается одним НЕ или СВЕРХ, которое оно приставляет безразлично ко всем возможным
определениям Божества.
Примеры, приведенные Булгаковым: бесконечное, неограниченное, бесформенное (греч.).]), но оно также может означать и отсутствие
определения, неопределенность как состояние потенциальности, невыявленности, а не как принципиальную неопределимость, соответствуя греческому μη, которое в данном случае должно быть передано как еще не, или пока не, или же уже не [Как известно, греческий язык знает и третий оттенок отрицания, именно оц оно указывает на отсутствие данного, определенного свойства, имеет конкретное
содержание: не то, не эщо.
— Итак, господин Доманевич расскажет нам
содержание первого урока… Как мы подошли к
определению предмета? Слушаем.
Генерал-губернатор лично объявил собранию о
содержании письма графа Милорадовича, а обер-прокурор предложил заготовленное заранее
определение о принесении присяги императору Константину.
Прерогативы власти — это такого рода вещь, которая почти недоступна вполне строгому
определению. Здесь настоящее гнездилище чисто личных воззрений и оценок, так что ежели взять два крайних полюса этих воззрений, то между ними найдется очень мало общего. Все тут неясно и смутно: и пределы, и степень, и
содержание. Одно только прямо бросается в глаза — это власть для власти, и, само собой разумеется, только одна эта цель и преследуется с полным сознанием.
Наконец, все формальности были выполнены, и состоялось
определение совета принять меня в гимназию на казенное
содержание; даже сняли с меня мерку и сшили форменное платье.
При первом шаге дилетанты предъявляют допросные пункты, труднейшие вопросы науки хотят вперед узнать, чтоб иметь залог, что такое дух, абсолютное… да так, чтоб
определение было коротко и ясно, т. е. дайте
содержание всей науки в нескольких сентенциях, — это была бы легкая наука!
Тем с большим основанием позволительно думать, что и другие, отнюдь не менее сложные
определения человека тоже могут дать
содержание для драмы весьма обстоятельной.
Теперь мы должны дополнить выставленное нами выше
определение искусства и от рассмотрения формального начала искусства перейти к
определению его
содержания.
С господствующим
определением комического — «комическое есть перевес образа над идеею», иначе сказать: внутренняя пустота и ничтожность, прикрывающаяся внешностью, имеющею притязание на
содержание и реальное значение, — нельзя не согласиться; но вместе с тем надобно сказать, что [Фишер, автор наилучшей эстетики в Германии, слишком ограничил] понятие комического, противополагая его, для сохранения [гегелевского] диалектического метода развития понятий, только понятию возвышенного.
Едва ли надобно вдаваться в более подробные доказательства принимаемого нами понятия о
содержании искусства; потому что если в эстетике предлагается обыкновенно другое, более тесное
определение содержания, то взгляд, нами принимаемый, господствует на самом деле, т. е. в самих художниках и поэтах, постоянно высказывается в литературе и в жизни.
Здесь прежде всего заметим, что словами: «искусство есть воспроизведение действительности», как и фразою; «искусство есть подражание природе», определяется только формальное начало искусства; для
определения содержания искусства первый вывод, нами сделанный относительно его цели, должен быть дополнен, и мы займемся этим дополнением впоследствии.
Итак, справедливо, что фраза: «искусство есть воспроизведение действительности», должна быть дополнена для того, чтобы быть всесторонним
определением; не исчерпывая в этом виде все
содержание определяемого понятия,
определение, однако, верно, и возражения против него пока могут быть основаны только на затаенном требовании, чтобы искусство являлось по своему
определению выше, совершеннее действительности; объективную неосновательность этого предположения мы старались доказать и потом обнаружили его субъективные основания.
Мы упомянули об этом, чтобы показать, как нашим
определением обнимается и фантастическое
содержание искусства.
Прежде, нежели перейдем к
определению существенного
содержания искусства, чем дополнится принимаемое нами
определение его формального начала, считаем нужным высказать несколько ближайших указаний об отношении теории «воспроизведения» к теории так называемого «подражания».
Причем в
определении меры этого наказания была установлена оригинальная постепенность: если кадет изобличался в прозаическом авторстве (конечно, смирного
содержания), то ему давали двадцать пять ударов, а если он согрешил стихом, то вдвое.
Таким образом,
определение страдает неопределенностью и принадлежит к числу общих мест, тем более что и «развитие умственных и нравственных способностей» представляет у г. Жеребцова фразу, лишенную определенного
содержания.
Демократия безразлична к направлению и
содержанию народной воли и не имеет в себе никаких критериев для
определения истинности или ложности направления, в котором изъявляется народная воля, для
определения качеств народной воли.
В первом случае, если бы возможна была необходимость без свободы, мы бы пришли к
определению закона необходимости тою же необходимостью, т. е. к одной форме без
содержания.